Привлечение к административной ответственности филиала юридического лица

При проверке в деятельности филиала российской организации выявлены нарушения, за которые предусмотрена административная ответственность. Возможно ли привлечение филиала российской организации к административной ответственности за совершение административного правонарушения?

В соответствии с ч. 1 ст. 2.10 Кодекса РФ об административных правонарушениях юридические лица подлежат административной ответственности за совершение административных правонарушений в случаях, предусмотренных статьями разд. II КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях. Следует также отметить, что в санкциях норм КоАП РФ нет такого субъекта, как «филиал юридического лица».
Согласно п. 3 ст. 55 Гражданского кодекса РФ филиал не является юридическим лицом. Он наделяется имуществом создавшим его юридическим лицом и действует на основании утвержденного им положения.
Таким образом, филиал российской организации не может являться субъектом административных правонарушений, определенных разд. II КоАП РФ, следовательно, не может быть привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения. К административной ответственности может быть привлечено только само юридическое лицо.
Т.А.Разина
Референт налоговой службы
I ранга
07.10.2005

К вопросу о некоторых особенностях привлечения к административной ответственности юридических лиц

Многочисленные составы административных правонарушений, регламентированные соответствующим Кодексом – КоАП РФ – предопределяют многообразие «возможностей» для любого юридического лица однажды стать субъектом данных правоотношений.

В целях процессуальной безопасности юридическим лицам следует предъявить как можно больше доказательств незаконности и необоснованности привлечения к ответственности уже в первой инстанции. Еще лучше реализовать это на стадии оспаривания в вышестоящем административном органе, если рассмотрение вопроса по составу правонарушения изначально не подсудно арбитражному суду. Это необходимо сделать даже с учетом того, что публичный характер административной ответственности схож в данном отношении с уголовно-правовой сферой, что в процессуальных кодексах закреплены специальные нормы, а многочисленные разъяснения высших судов указывают на необходимость доказывания наличия состава правонарушения именно субъектом, который привлекает вас к данной ответственности.

В фундаментальной теории все основания подразделяются на материальные и процессуальные. Материальные – по существу совершенного деяния. Другими словами, имеется ли в действии или бездействии субъекта состав совершенного административного правонарушения. Процессуальные основания регламентируют соблюдение процедуры привлечения к ответственности. Среди них выделяют так называемые безусловные процессуальные основания. Классический пример – рассмотрение любого дела в суде или уполномоченном на то органе субъектом, который не имел законного на то права.

Зачастую при привлечении к административной ответственности возникают большие сложности с доказательством материального аспекта, а именно – вины. В особенности это касается юридических лиц. Категория вины в юриспруденции сама по себе предмет многочисленных исследований. А вина юридических лиц является отдельным источником споров, публикаций и фундаментальных трудов. Нередко на практике данному элементу состава правонарушения не уделяется особого внимания. Хотя судебная практика по отдельным видам правонарушений не может не радовать. Суды указывают уполномоченным органам на то, что вина субъектов не была ими доказана должным образом, и они глубоко заблуждались в своих действиях. Другими словами, поработали плохо и вынесли незаконные решения. В качестве примера можно вспомнить многочисленные дела о нарушении ПДД, когда кроме протокола в «деле» нет никаких доказательств.

Однако такое возможно не всегда и не во всех ситуациях. Поэтому существует другой путь – обратить внимание суда на процессуальные нарушения при привлечении к ответственности. Он представляется весьма перспективным, поскольку тот или иной недочет административного органа, «заваленного» работой, отыскать можно всегда. То есть даже при наличии материального состава попытаться отменить решение по формальным, процессуальным основаниям.

В настоящей статье хотелось бы обратить внимание на один, казалось бы, сугубо теоретический пункт из области административной ответственности и права в целом. В настоящее время он позволяет успешно оспаривать законность привлечения к административной ответственности в арбитражных судах.

Согласно ст. 49 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица обладают правоспособностью. То есть могут иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в их учредительных документах. И нести связанные с этой деятельностью обязанности. Таким образом, обязанность нести за свои действия установленную законом ответственность – часть статуса юридического лица как субъекта правоотношений.

В соответствие со ст. 2.1 КоАП РФ субъектом административного правонарушения выступают физические или юридические лица. Юридические лица подлежат, в частности, административной ответственности за совершение административных правонарушений в случаях, предусмотренных статьями раздела II КоАП РФ или законами субъектов РФ согласно п. 1 ст. 2.10 КоАП РФ.

Казалось бы, никаких неопределенностей из данных определений «из учебника» и норм закона не усматривается. Однако практика привлечения юридических лиц к административной ответственности демонстрирует иное. Правосубъектность юридического лица как правовая категория не совсем понятна органам, которые уполномочены на применение мер ответственности.

Так, в решениях о привлечении к ответственности зачастую указывается филиал или представительство юридического лица. Казалось бы, это не имеет большого значения. Какая разница, что значится в строке «лицо, привлекаемое к ответственности» – компания N или же ее представительство, где обнаружено правонарушение. Однако при оформлении в арбитражный суд обращения об оспаривании такого решения у юриста возникнет резонный вопрос. Согласно закону он должен указать заявителем само юридическое лицо. Кто же тогда является участником процесса и, соответственно, субъектом ответственности?

Читать еще:  Ходатайство мировому судье об отложении дела об административном правонарушении

Юридическая литература в этом вопросе придерживается единого, классического подхода. Филиал или представительство юридического лица с гражданско-правовой точки зрения никогда не может участвовать в правоотношениях как самостоятельный субъект права. А потому нельзя говорить о какой-то их особой правоспособности, отличной от юридического лица. Нормы Гражданского кодекса, а именно п. 3 ст. 55, также четко предписывают: представительства и филиалы не являются юридическими лицами, наделяются имуществом, создавшим их юридическим лицом, и действуют на основании утвержденных им положений.

Сложно сказать, что побуждает должностные лица уполномоченных органов привлекать к ответственности обособленные подразделения юридических лиц – правовая неграмотность или банальная невнимательность. Но судебная практика жестко пресекает данные нарушения и отменяет незаконно вынесенные решения.

Постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2016 № 21АП-1228/2016 по делу № А83-2522/2016.

Решение Московского городского суда от 06.06.2016 по делу № 7-6381/2016. «Таким образом, из положений указанных норм следует, что субъектом административного правонарушения может быть только юридическое лицо. Привлечение к административной ответственности филиала нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено. Поскольку филиалы не имеют статуса юридического лица, они не являются самостоятельными субъектами ответственности. Административную ответственность за правонарушение, совершенное в процессе деятельности филиала, несет создавшее его юридическое лицо».

Решение Московского городского суда от 26.04.2016 по делу № 7-4483/2016. «Таким образом, вывод суда о том, что «Обособленное подразделение ОАО РОТ ФРОНТ» является надлежащим субъектом рассматриваемого правонарушения, является ошибочным».

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2016 № 09АП-56277/2015 по делу № А40-124527/15. «Административный орган указывает, что им допущена опечатка, не затрагивающая существа оспариваемого постановления. Однако из совокупности всех представленных в материалы дела документов следует, что к административной ответственности привлечен именно филиал общества».

Решение Московского городского суда от 14.01.2016 по делу № 7-0128/2016. «Таким образом, из положений указанных норм следует, что субъектом административного правонарушения может быть только юридическое лицо. Привлечение к административной ответственности филиалов нормами КоАП РФ не предусмотрено. Поскольку филиалы не имеют статуса юридического лица, они не являются самостоятельными субъектами ответственности. Административную ответственность за правонарушение, совершенное в процессе деятельности филиала, несет создавшее его юридическое лицо. Таким образом, вывод суда о том, что филиал «Фирма МСМ-3 УМ-17» является надлежащим субъектом рассматриваемого правонарушения, является ошибочным. Допущенное процессуальное нарушение является существенным и влечет отмену постановления должностного лица от 11.04.2015 г. и решения судьи Преображенского районного суда города Москвы от 10.09.2015 г.».

Постановление Кемеровского областного суда от 11.12.2015 по делу № 4А-1235/2015. «Вместе с тем, субъектами административной ответственности, исходя из положений ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ, могут являться физические или юридические лица. В силу п. 3 ст. 55 Гражданского кодекса Российской Федерации филиалы и представительства юридического лица юридическими лицами не являются и не обладают самостоятельной гражданской правосубъектностью. Поэтому субъектом административной ответственности может быть только учредившее филиал юридическое лицо».

Из вышесказанного представляется, что выявленное судами нарушение нельзя признать процессуальным. В случае если при оформлении протокола указали филиал, это может быть ошибкой, которая совершена в процессе привлечения юридического лица к административной ответственности. Но юридическое основание отмены – нарушение нормы материального права. А именно, неправильное определение состава административного правонарушения, его субъекта.

Таким образом, понятие правосубъектности юридического лица – не такая однозначная на практике правовая категория. Правоприменители в рамках одной стороны этого явления – способности осуществлять права и действовать в обороте – осознают, что обособленные подразделения юридического лица не являются самостоятельными субъектами. Однако в отношении другой стороны – несения ответственности – возникают сложности с пониманием надлежащего субъекта. Такая практика не должна иметь место. Пока она существует, у юридических лиц есть реальная возможность для борьбы за отмену незаконных решений уполномоченных органов с использованием достаточно тонкого, но основанного на фундаментальной теоретической основе механизма.

Правомерно ли привлечение филиала организации к ответственности по ч. 1 ст. 9.4 КоАП РФ

Вопрос: Правомерно ли привлечение филиала организации к ответственности по ч. 1 ст. 9.4 КоАП РФ?

Ответ: Филиал организации не может быть привлечен к ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 9.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Обоснование: Часть 1 ст. 9.4 КоАП РФ предусматривает ответственность за нарушение требований технических регламентов, проектной документации, обязательных требований документов в области стандартизации или требований специальных технических условий либо нарушение установленных уполномоченным федеральным органом исполнительной власти до дня вступления в силу технических регламентов обязательных требований к зданиям и сооружениям при проектировании, строительстве, реконструкции или капитальном ремонте объектов капитального строительства, в том числе при применении строительных материалов (изделий).

Такое правонарушение влечет предупреждение или наложение административного штрафа на граждан в размере от одной тысячи до двух тысяч рублей; на должностных лиц – от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей; на юридических лиц – от ста тысяч до трехсот тысяч рублей.

В соответствии с п. 3 ст. 55 Гражданского кодекса РФ представительства и филиалы не являются юридическими лицами. Они наделяются имуществом создавшим их юридическим лицом и действуют на основании утвержденных им положений.

На основании ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В силу ч. 1 ст. 2.10 КоАП РФ юридические лица подлежат административной ответственности за совершение административных правонарушений в случаях, предусмотренных статьями разд. II КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно ч. 1 ст. 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

В п. 2 ст. 26.1 КоАП РФ установлено, что по делу об административном правонарушении выяснению подлежит в том числе лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые КоАП РФ или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность.

Таким образом, филиал организации не является самостоятельным субъектом административной ответственности и ответственность будет нести сама организация.

В обоснование данной позиции приведем примеры из судебной практики.

Так, в Постановлении ФАС Уральского округа от 05.03.2014 N Ф09-14744/13 указывается, что филиал организации не является надлежащим субъектом административной ответственности и не может быть привлечен к ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 9.4 КоАП РФ (также см. Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2013 по делу N А65-4241/2013).

Таким образом, филиал организации не может быть привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 9.4 КоАП РФ, так как филиал не является надлежащим субъектом административной ответственности. В данном случае ответственности по ч. 1 ст. 9.4 КоАП РФ подлежит сама организация, филиал которой допустил нарушение. При этом будет правомерным привлечение к ответственности организации в лице ее филиала (см., например, Определение ФАС Западно-Сибирского округа от 25.04.2014 по делу N А27-17250/2013).

Привлечение юрлица к административной ответственности

14 апреля Конституционный Суд РФ принял Постановление № 17-п по жалобе АО «Пассажирский Порт Санкт-Петербург “Морской фасад”» далее – Постановление), в котором разъяснил возможность привлечения юридических лиц к административной ответственности за умышленное неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности.

Заявитель, обращаясь в КС РФ с запросом о проверке конституционности норм ч. 2 ст. 2.1, ч. 1 ст. 2.2, ч. 3 ст. 11.15.1 и п. 5 ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ, очевидно, преследовал цель избежать административной ответственности, переложив ее на физлиц – вероятно, являющихся его работниками. Как известно, санкции для физических лиц по административным правонарушениям ниже, чем для юридических. Полагаю, именно этот аспект стал причиной обращения АО «Пассажирский порт Санкт-Петербург “Морской фасад”» в судебный орган конституционного контроля.

Выводы КС по итогам рассмотрения жалобы представляются юридически выверенными и логичными, соответствующими правовой доктрине. В Постановлении особое внимание обращает на себя разъяснение положений о вине юрлица, формах его вины, условиях ответственности при различных формах вины, а также о соотношении вины юрлица и физического лица – работника, единоличного исполнительного органа или иного субъекта, чьи действия или бездействие «проецируют» действия или бездействие компании.

В рассматриваемом Постановлении КС привел определение вины в конституционном смысле, считая таковой основанные на характеристиках субъекта права пределы, в которых он может нести такую ответственность сообразно конституционным принципам равенства, справедливости и соразмерности. Но, возможно, данное определение представляется сложным для восприятия и понимания.

Если трактовать более упрощенно, вина – это психологическое отношение субъекта правонарушения к совершенному им действию или допущенному бездействию – умышленно или по неосторожности, которое характеризует пределы, в которых он может нести ответственность. Замечу, что приведенное мной определение вины всеобъемлюще, его можно понимать таким образом и в конституционном смысле.

Полагаю, что вина как элемент субъективной стороны правонарушения должна быть универсальной категорией независимо от того, кто является субъектом правонарушения, – гражданин, организация, индивидуальный предприниматель или должностное лицо.

Любое лицо может действовать неосторожно или умышленно, но в каждом случае действия (бездействие) виновного будут идентичными – как и итоги совершенного деяния или бездействия. Например, в рассмотренной КС ситуации итогом стал факт нарушения требований в области транспортной безопасности.

В то же время результаты совершенного или не совершенного действия имеют свои особенности – в зависимости от того, о каком составе правонарушения – материальном или формальном – идет речь.

Для правонарушений с материальным составом итогом будет факт совершенного нарушения с определенными последствиями, причем совсем не обязательно, что умышленное действие (бездействие) будет порождать более тяжкие последствия, чем неосторожное. Неосторожное поведение, в свою очередь, может повлечь такие же последствия, как умышленное. Однако если обратиться к составам административного правонарушения, предусмотренного ст. 11.15.1 КоАП РФ, очевидно, что верхним пределом ответственности за нарушение, допущенное по неосторожности (ч. 1), является уголовная санкция 1 . Для правонарушения по ст. 11.15.1 КоАП РФ с умыслом уголовно наказуемое деяние 2 также является таким пределом, хотя по какой-то причине законодатель не внес соответствующее уточнение в текст нормы.

Что касается правонарушений с формальным составом, в которых, как подтверждает КС, также допускается дифференциация санкции в зависимости от формы вины, последствия действия (или бездействия) не имеют юридического значения, поскольку они могут и не наступить, поэтому ответственность возлагается не за последствия, а за факт совершения действия или бездействие. Однако это не означает, что наказание не должно различаться в зависимости от формы вины. Исключительную и единственную важность приобретает психологическое отношение субъекта к совершенному деянию. Таким образом, в формальном составе лица, совершившие одинаковые правонарушения, но с разной формой вины, понесут различные по тяжести наказания.

В ряде случаев законодательство РФ дифференцирует ответственность за правонарушение в зависимости от формы вины, считая неосторожное поведение менее опасным, чем умышленное. Как следствие, первое влечет для субъекта правонарушения не столь существенную ответственность по сравнению со случаем умышленного поведения. Например, санкция для юрлица за нарушение требований в области транспортной безопасности по неосторожности (ч. 1 ст. 11.15.1 КоАП РФ) – административный штраф от 50 тыс. до 100 тыс. руб., а за то же правонарушение, но совершенное с умыслом (ч. 3 той же статьи), штраф составит от 200 тыс. до 500 тыс. руб. с конфискацией орудия или предметов правонарушения или без таковой либо деятельность может быть приостановлена на срок до 90 суток. Разница, безусловно, существенна и закономерна.

Исходя из позиции заявителя жалобы в КС, юрлицо вообще не может совершить административное правонарушение умышленно – только неосторожно. Подобное противоречит основополагающим правовым принципам и нормам, предусматривающим справедливость и равенство всех перед законом, в том числе применительно к юридическим и физическим лицам.

Действительно, юрлицо не является чем-то обособленным, его деятельность проявляется через физлиц, но это не может и не должно позволять организации избежать административной ответственности. Поэтому умысел физлица – работника, единоличного исполнительного органа или иного субъекта, чьи действия или бездействие «проецируют» действия или бездействие компании, – при административном правонарушении означает умысел последней, а неосторожность этого же физлица – неосторожность юридического лица.

Необходимо учитывать, что физлицо – работник, единоличный исполнительный орган или иной субъект, чьи действия или бездействие «проецируют» действия или бездействие юридического лица, – это проявление юридического лица. В связи с этим выходом из ситуации, на мой взгляд, может быть введение санкций внутри организации по отношению к физлицу, совершившему действие (допустившему бездействие), повлекшее правонарушение. В любом случае для общества и государства на первом плане будет юрлицо, которое оказывает услуги неограниченному кругу лиц (например, транспортные услуг), выполняет работы или осуществляет продажу товаров. Следовательно, именно оно должно быть привлечено к административной ответственности.

Ответственность юридического лица исключена только тогда, когда физлицо не совершит определенное действие (не допустит бездействия), признаваемое государством нарушением закона, за что предусмотрены санкции.

Одновременно КС «намекает» законодателю на возможность уйти от критерия формы вины при выделении составов административного правонарушения, субъектом которого является юрлицо. В настоящее время разрабатывается новый КоАП, в котором данный подход, возможно, будет учтен разработчиками.

В то же время не могу согласиться с позицией КС в этой части, поскольку ужесточение ответственности для случаев умышленного поведения – умышленного административного правонарушения – как в материальных, так и в формальных составах справедливо. Критерии дифференциации правонарушений по форме вины и (или) характеру состава (материальный или формальный) разработаны уже давно и причин что-то менять в данном аспекте, думается, нет.

Подводя итог, отмечу, что подход законодателя и КС к вопросам соотношения вины юридического и физического лица и дифференциации ответственности в зависимости от формы вины следует поддержать.

Однако более актуальными представляются, скорее, не эти проблемы, а зачастую чрезмерные размеры административных штрафов для юрлиц, достигающие сотен тысяч рублей.

Требует также доработки дифференциация санкций в зависимости от последствий (справедливо ли суровое наказание, если никаких последствий не наступило либо они несущественны?).

Особого внимания заслуживает также тема злоупотреблений при привлечении юрлиц к административной ответственности, когда «создаются» специальные условия, при которых организация совершает правонарушение независимо от ее воли. В итоге факт привлечения к административной ответственности может стать основанием наступления иных юридических последствий – например, поможет государству взыскать с юрлица убытки.

1 Прямое указание «…если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния» (прим. ред.).

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector