Завещание шевченко на русском языке 2020 год

djag_5319

Записки дуалиста

Блог Александра Безбородько

Сейчас в сети многие высказывают мнение, что украинска мова – искусственно созданный язык. Посыл его авторов понятен. Ведь о национально освободительном движении на Украине они даже не слышали. Но!

Главное не в языке и даже не в национально освободительном движении украинцев, главное, а в том, что и то, и другое наши «доброхоты» используют, для того чтобы поссорить братские народы. Даже само это выражение понимают извращенно. Ведь, если есть братья не близнецы, а русские и украинцы в своей идентичности не доходят до полного сходства, то один из них старший, другой младший. Понятно, что старший потому, что родился раньше, а не в потому, что мускулы крепче.

Поэтому, если мы великороссы, хотим себе добра, то извращать явное не должны и как это многим не неприятно слышать, должны понять – украинский народ древнее и поэтому, он старший. Соответственно русский язык родился от языка украинского, и говорить про неестественное происхождение мовы, это значит перевирать факты. А, к чему приводит политика «двойных стандартов» теперь понятно и русским, и украинцам.

Почему удается выдать за истину правду одного? Да, потому, что она спрятана от не любознательных и ленивых. Вот и в случае наших языков вроде бы все понятно из учебников, во всяком случае, из тех, по которым нас учили 55 лет назад. В «Русской литературе» для средней школы тогда писали, что русский язык в его современном литературном виде появился благодаря усилиям ряда русских гениев, они, начиная с А. С. Пушкина, выбирали все то, что в нем значимо и действительно велико и в своих произведениях оставили нам величайшую ценность нашего языка.

Украинский же литературный язык начал складываться немного позднее, чем русский и появившись в трудах Тараса Григорьевича Шевченко, так и не смог достичь той глубины, объемности и величия что и русский. Замечу, речь идет о литературной форме языка. Но кто тут в ЖЖ сейчас ею пользуется? Тот сленг, что принят в современном русском обществе, он отличается от литературного русского языка, как земля от неба.

Такой же самый разговорный язык, именуемый мовой, он имеется и в Украине. Из сказанного ясно, что ни разговорный русский, ни мова, они не являются литературными языками наших народов и говорить о них, как об официальных языках, значить «наводить тень на ясный день». Что сейчас (да и много ранее) и творят некоторые по тупости и большинство из вредности, из желания насолить и русским, и украинцам.

Поэтому, чтобы не отвлекаться на частности, приведу убедительный факт. Чем язык одного народа отличается от языка прочих народов, тем, что в нем имеются понятия и представления, отсутствующие у других. Вот и возьмем украинский язык Тараса Шевченко и наш литературный и попробуем перевести на второй, написанное в середине позапрошлого века стихотворение «Великого Кобзаря».

Многим этим заниматься лень и потому, украденное мною в сети, и выделенное другим шрифтом, могут не читать.

Стих шевченко як умру то поховайте. Завещание. Тарас Шевченко

Как умру, так закопайте
На холме в могилу,
Посреди степи широкой
На Украйне милой.
Чтобы видеть чисто поле,
Сивый Днепр и кручи,
Чтобы слышать как бушует
И ревет ревучий.
Понесет он с Украины
Да в синее море
Вражью кровь. тогда я
Все покину,
И поля, и горы –
И подамся прямо к Богу,
И молиться буду.
А до времени такого —
Я не знаю Бога.
Закопайте и вставайте,
Цепи разорвите,
Вражьей злою черной кровью
Волю окропите.
И меня в семье великой,
В семье вольной, новой,
Не забудьте – помяните
Незлым тихим словом.

Як умру, то поховайте
Мене на могилі,
Серед степу широкого,
На Вкраїні милій,
Щоб лани широкополі,
І Дніпро, і кручі
Було видно, було чути,
Як реве ревучий.
Як понесе з України
У синєє море
Кров ворожу. отоді я
І лани і гори —
Все покину і полину
До самого Бога
Молитися . а до того
Я не знаю Бога.
Поховайте та вставайте,
Кайдани порвіте
І вражою злою кров’ю
Волю окропіте.
І мене в сім’ї великій,
В сім’ї вольній, новій,
Не забудьте пом’янути
Незлим тихим словом.

25 декабря 1845
в Переяслові

Уважаемый Михаил!
Как-то, будучи на Украине, я стал свидетелем одного разговора, когда один из присутствующих спросил: «Знаете ли вы, как русские перевели строки: «Як умру, так поховайтэ…»? Они перевели «Как умру, так закопайте…». Далее последовал неудержимый смех. На мой взгляд, – это катастрофа! Люди-носители языка, на котором написан оригинал произведения, смеялись над переводом! Сначала, я даже не поверил и подумал, что это просто анекдот, шутка, но теперь убедился, что такой перевод действительно существует.
С Ваших слов Вы применили слово «закопайте», чтобы достичь того набата, который «звучит» в словах Шевченко «поховайтэ та вставайте». На мой взгляд, этот набат услышали литературные критики, но не сам Шевченко. Это место в стихотворении значительно правильнее звучит именно в русском переводе: тихое, можно сказать интимное «схороните» и громкое, призывное «вставайте». На секунду представьте, что история перевернулась, и Шевченко перевел это стихотворение, изначально написанное на русском языке. Представляю, какой шквал критики на него обрушился бы за его «тэн-тэн», за то, что поставил личное на один уровень с общественным. Кроме всего прочего набата Вы все равно не достигли, в лучшем случае — это зон колокольчика («тен-тен»).
Теперь по поводу сбоя ритма в средине стихотворения. Уверяю Вас, если это стихотворение прочтет человек, разговаривающий (а не знающий) на украинском языке и хорошо понимающий, как надо читать, никакого сбоя Вы не заметите. У Шевченко все зарифмовано а ритм обеспечивается правильным прочтением и мелодичностью украинской речи. У Вас же сбоят и ритм и рифма. Возможно, у Вас это такой литературный прием, но зачем это делать?
У Шевченко «кайданы» — это не цепи. Слово «цэп» присутствует в украинском языке. Ими, например, молотили зерно. У Шевченко «кайданы» — это оковы, кандалы – совсем не одно и то же.
В словах «волю окропите» воля – это свобода. Когда же русские читают это место, то часто путаются и произносят «волю укрепите», т.к. понимают «волю» в том же смысле, что и прилагательное «волевой».
В стихотворении Шевченко нет никакой патетики. У него в словах «в семье великой» подразумевается «в семье большой» (ударение на слова «в семье»). Он считал, что, когда выгонят врагов, все будут жить как одна большая семья.
Предпоследняя строка в Вашем переводе звучит «не забудьте – помяните», будто он просит его не забыть в «великой семье». У Шевченко желание гораздо скромнее. Он просто просит, чтобы его как-нибудь помянули, причем тихо, скромно, без помпы.
Я понимаю, что критиковать легче, чем написать самому. Если откровенно, то ни один из известных мне переводов, мне не понравился полностью. Это подвигло меня написать свой вариант. Если есть время и желание можете ознакомиться на этом сайте. Буду признателен за любую критику.
С уважением, Андрей Лаврищев

Читать еще:  Новое в завещании на недвижимость 2020 год

Андрей Лаврищев 06.06.2013 14:40

Из этого «литературного спора» явно видно, что еще два века назад наши языки отличались настолько, что подстрочный перевод с сохранением всех подробностей с одного на другой был невозможен.

Но, статья не о том, что мова и русский язык, они разные и довольно древние способы общения людей внутри своего народа. Дело в том, что ни литературный, ни разговорный языки и даже они оба в месте, это не язык народа!

Кроме них в то, что нужно назвать, например «русским языком» входят еще множество других элементов, например научный язык или язык техников, или языки иных специалистов. И, даже это не все, есть и иные элементы, без которых русский язык не полон. Вот тут-то и выясняется, что украинский язык, многих элементов, присущих русскому языку, он их просто не имеет. Нет, о причинах этого говорить не стану, просто отмечу факт, говорящий об отмеченном тут обстоятельстве наиболее доходчиво.

Политический язык украинских политиков и дипломатов он сложился лишь в последние два десятилетия и еще не имеет той силы, что политический язык русских. Вот и слышим мы русскую речь от самых прожженных украинофилов, когда им нужно объясниться быстро, коротко и ясно!

Нет, я не хочу никого обидеть, просто констатирую факт несовершенства современного украинского языка, не позволяющего вести на нем общение специалистам разных профессий. Они применяют для этого русский язык. Спорщики мне заметят, что языки профессионалов они общие для всех, ну и пусть поспорят. А, еще лучше попробуют послушать, как говорят профессионалы разных народов. Например, русские, украинцы и англичане. Тут–то и выяснится, что русские и украинцы понимают друг друга без проблем, а с англо говорящим народом им приходится для этого напрягать свои мозги.

Все это я рассказал потому, что языковые проблемы могут решать лишь лингвисты, прочие же берутся за них, когда имеют намерение нагадить. Кто кому, русские украинцам или наоборот?

Да нет, замечу, что словари, в том числе и разговорного русского языка, писали не русские и даже не украинцы. То же самое и в Украине. Так, и как русские или украинцы, не имеющие соответствующего образования, могут разобраться во всем том бардаке, что им приготовили другие, целые века мутившие воду?

Нет, про теорию заговоров это не у меня. Просто стоит в моих глазах картина из 92 года прошлого века. Говорю о ней не первый раз но, придется повториться.

Когда СССР развалился, границы рухнули и без всяких виз и паспортов в мою страну ринулись проходимцы со всего мира. Вот один из них и сказал мне, принимая меня не за того, кто я на самом деле. «Мы такие ситуации ждем десятилетиями, а иногда и столетиями, да нет, не ждем, готовим».

Может от и хвастался, это на его совести, но то, что есть организации (не государство и, не государственные), что «мутят воду и ловят в ней рыбку» это, несомненно. Сейчас тут многие рассказывают о заговоре США, я же пишу о Резделе, но!

Почему все эти действия государств стали возможны? Лишь потому, что есть люди, которым не важно на каком ты языке разговариваешь, для них главное, что у тебя есть, и они делают все, что бы его отобрать.

Мы же, тут в ЖЖ, ссоримся и кричим, помогая негодяям решать свои проблемы за счет нашего благополучия. И совершенно не важно, на каком языке мы вредим сами себе!

Биография Тараса Шевченко

Украинский поэт, прозаик и художник Тарас Григорьевич Шевченко родился 9 марта (25 февраля по старому стилю) 1814 года в селе Моринцы Киевской губернии (ныне Черкасская область, Украина) в семье крепостного крестьянина.

Его детские годы прошли в родном селе и в селе Кириловка. Будущий поэт рано осиротел. В 1828 году Тарас Шевченко попал в услужение в дом помещика Павла Энгельгардта в селе Вильшана, через год служил в его доме в Вильно, а с 1831 года — в Петербурге. Обнаружив способности юноши к рисованию, Энгельгардт решил сделать из него домашнего живописца и послал его в 1832 году в обучение к художнику Василию Ширяеву. В составе артели Ширяева Шевченко принимал участие в росписи Петербургского Большого театра как подмастерье-рисовальщик.

В 1838 году влиятельные покровители Шевченко, среди которых — художник Карл Брюллов, поэты Василий Жуковский и Евгений Гребенка, выкупили его из крепостничества.

Получив свободу, Шевченко стал студентом Петербургской Академии художеств. Благодаря высокому уровню подготовки его зачислили сразу в четвертый класс.

Вскоре он стал одним из любимых учеников Карла Брюллова.

В 1840 году в Санкт-Петербурге был опубликован первый украинский сборник стихов Шевченко — «Кобзарь». Ранние произведения Шевченко написаны в жанре баллады, поэмы, «думки». Значительные произведения этого периода — поэмы «Катерина» (1838), «Гайдамаки» (1841). На русском языке им были написаны поэмы «Слепая» (1842), «Бесталанный» (1844), драма «Назар Стодоля» (1843).

В 1843 году Шевченко вернулся на Украину, в течение года путешествовал, занимался живописью. Итогом наблюдений стал альбом «Живописная Украина». В 1843-1845 годах им были написаны цикл поэзий «Три года» (центральным произведением которого является «Сон»), поэма «Кавказ», послание «И мертвым и живым…», стихи «Чигирине, Чигирине», «Большой погреб», «Стоит в селе Субботове» и др.

В 1844 году Тарас Шевченко окончил Академию художеств, получив звание «неклассного (свободного) художника», и вновь отправился на Украину, решив поселиться в Киеве. Работал художником в Киевской временной комиссии по вопросам рассмотрения старых актов. В феврале 1847 года был утвержден на должность преподавателя рисования Киевского университета.

В марте 1847 года за участие в деятельности Кирилло-Мефодиевского общества и за антисамодержавные стихи Шевченко был арестован и сослан в Орскую крепость Оренбургского отдельного корпуса с царской резолюцией о запрете писать и рисовать. Во время ссылки, в 1848 году, Шевченко как художник вошел в состав экспедиции, задачей которой было исследование Аральского моря. В 1850 году по доносу одного из офицеров поэт был арестован в Оренбурге, по этапу отправлен в Орскую крепость и заключен в каземат. Вскоре был переведен на полуостров Мангышлак Каспийского моря, в Новопетровское укрепление. В 1851 году Шевченко вновь был включен как художник в состав геологической экспедиции в горах Каратау.

В годы ссылки Тарасом Шевченко были написаны поэмы «Варнак» (1845) и «Марина» (1848), циклы «В каземате» (1847) и «Цари» (1848), повести «Княгиня» (1853), «Музыкант» (1854-1855), «Несчастный», «Капитанша», «Близнецы» (все — 1855). Здесь же было создано много пейзажей, портретов, жанровых рисунков.

Читать еще:  Получение квартиры по завещанию 2020 год

В 1857 году Шевченко был освобожден из ссылки. По дороге в Петербург вынужден был задержаться в Нижнем Новгороде, так как ему был запрещен въезд в обе столицы. Нижнем Новгороде была написана поэма «Неофиты» (1857), триптих «Доля», «Муза», «Слава».

Друзья Шевченко добились для него разрешения жить в Петербурге. Здесь он сблизился с кругом авторов «Современника» и близко сошелся с Николаем Чернышевским, Николаем Некрасовым и др.

В 1859 году он в последний раз отправился на Украину, но был арестован и возвращен в Петербург.

Последними прозаическими произведениями Тараса Шевченко были повести «Прогулка с удовольствием и не без морали» (1856-1858) и дневниковые записи «Журнал». В 1858 году был написан ряд высоких образцов интимной и пейзажной лирики.

В последние годы жизни Шевченко активно занимался просветительской деятельностью. Он подготовил к печати «Букварь» для вечерних школ, который был выпущен тиражом в 10 тысяч экземпляров за счет автора, вместе с другими участниками петербургского украинского общества «Громада» готовил к выпуску первый номер журнала «Основа».

Кроме того, Шевченко работал в областях станковой живописи, графики, монументально-декоративной росписи и скульптуры. В 1859-1860 годах он выполнил офорты из произведений зарубежных и русских художников. За успехи в этом искусстве Академия художеств присвоила Шевченко звание академика гравирования.

Скончался Тарас Шевченко 10 марта (26 февраля по старому стилю) 1861 года. Был похоронен на Смоленском кладбище в Петербурге, а через два месяца гроб с его телом, в соответствии с завещанием поэта, был перевезен на Украину и похоронен на Чернечьей горе возле Канева.

Произведения Шевченко переведены почти на все языки мира, многие произведения положены на музыку Николаем Лысенко и другими композиторами.

Стихотворения «Думы мои, думы мои», «Завещание», начало баллады «Порченая» («Реве та стогне Днiпр широкий») стали народными песнями.

Именем Шевченко на Украине названы учебные заведения, театры, площади, улицы. Национальная опера Украины, Киевский национальный университет, центральный бульвар города Киева носят имя Тараса Шевченко. На сегодняшний день насчитывается 1384 памятника Тарасу Шевченко в мире: 1256 в Украине и 128 за рубежом — в 35 государствах.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Завещание шевченко на русском языке 2020 год

12:03 pm
Тарас Шевченко

Увезите в Украину,
когда смерть застанет,
и в степи похороните
меня на кургане.
Чтоб поля широко стлались,
чтобы Днепр и кручи
мог я видеть, мог я слышать
его рев тягучий.
Понесет он с Украины
в синее море
вражью кровь — тогда покину
и поля и горы
и отправлюсь прямо к Богу
и молиться стану.
А до этого мне Бога
видеть рано.
Хороните и вставайте,
цепи разорвите,
злою вражьей кровью
волю освятите.
И тогда в семье раздольной,
семье вольной, новой
помяните и меня вы
незлым тихим словом.

Як умру, то поховайте
Мене на могилі,
Серед степу широкого,
На Вкраїні милій,
Щоб лани широкополі,
І Дніпро, і кручі
Було видно, було чути,
Як реве ревучий.
Як понесе з України
У синєє море
Кров ворожу. отоді я
І лани і гори —
Все покину і полину
До самого Бога
Молитися . а до того
Я не знаю Бога.
Поховайте та вставайте,
Кайдани порвіте
І вражою злою кров’ю
Волю окропіте.
І мене в сім’ї великій,
В сім’ї вольній, новій,
Не забудьте пом’янути
Незлим тихим словом.

25 декабря 1845
в Переяслові

Ты не лукавила со мной,
Ты другом, братом и сестрой
Ребенку стала. Ты взяла
Меня за маленькую руку
И в школу парня отвела
К поддатому дьяку в науку.
«Учись, родной. Пора придет —
Мы в люди выйдем» — ты сказала.
А я послушался. И вот —
я выучился, ты — соврала.
Мы разве люди. Ничего,
Мы не лукавили с тобою,
Мы просто шли. Ни одного
Зерна неправды за спиною.
Пойдем же, долюшка моя!
Мой друг убогий, нелукавый!
Пойдем же дальше, дальше слава,
А слава — заповедь моя!

Ти не лукавила зо мною,
Ти другом, братом і сестрою
Сіромі стала. Ти взяла
Мене, маленького, за руку
І в школу хлопця одвела
До п’яного дяка в науку.
«Учися, серденько, колись
З нас будуть люде»,— ти сказала.
А я й послухав, і учивсь,
1 вивчився. А ти збрехала.
Які з нас люде? Та дарма!
Ми не лукавили з тобою,
Ми просто йшли; у нас нема
Зерна неправди за собою.
Ходімо ж, доленько моя!
Мій друже вбогий, нелукавий!
Ходімо дальше, дальше слава,
А слава — заповідь моя.

[9 лютого 1858,
Нижній Новгород]

Течет, исчезает, и нет ему края.
Куда все уходит, откуда пришло?
Никто – ни убогий, ни мудрый – не знает.
Живет…умирает…. Одно расцвело,
Другое увяло, навеки увяло.
И ветры сухую листву унесут.
А солнышко встанет, как прежде вставало,
И красные зори опять поплывут,
Как плыли и прежде… И ты, белолицый,
По синему небу пойдешь погулять,
Пойдешь посмотреться в колодца водицу
И в море без края, и будешь сиять,
Как над Вавилоном и его садами,
И над тем, что с нашими будет сыновьями.
Ты вечный без края. Как с братом, с сестрой
Люблю разговаривать ночью с тобой,
И петь тебе песню, что ты нашептал.
Скажи мне еще раз – что делать с тоской?
Я не одинокий, я не сирота,
Есть у меня дети, куда же мне деть их?
С собой схоронить? грех — живая душа.
А вдруг им легче на том свете?
Вдруг там кто прочтет эти слезы-слова,
Что так она щедро когда-то лила,
Потом втихомолку над ними рыдала…
Нет, хоронить я не стану – живая душа.
Как синее небо — без края сияет,
Так нет у души ни конца и ни края.
А где она будет? чуднЫе слова!
На этом помянет ли кто ее свете?
Безвестной ей тяжко отправиться в путь.
Вам , девушки, надо ее помянуть!
Она вас любила — сад в розовом цвете,
И пела о девичьей доле… Пока
вокруг не светает еще — спите дети.
Я буду искать вам проводника.

Все йде, все минає — i краю немає.
Куди ж воно дiлось? вiдкiля взялось?
I дурень, i мудрий нiчого не знає.
Живе. умирає. одно зацвiло,
А друге зав’яло, навiки зав’яло.
I листя пожовкле вiтри рознесли.
А сонечко встане, як перше вставало,
I зорi червонi, як перше плили,
Попливуть i потiм, i ти, бiлолиций,
По синьому небу вийдеш погулять,
Вийдеш подивиться в жолобок, криницю
I в море безкрає, i будеш сiять,
Як над Вавiлоном, над його садами
I над тим, що буде з нашими синами.
Ти вiчний без краю. люблю розмовлять,
Як з братом, з сестрою, розмовлять з тобою,
Спiвать тобi думу, що ти ж нашептав.
Порай менi ще раз, де дiтись з журбою?
Я не одинокий, я не сирота, —
Єсть у мене дiти, та де їх подiти?
Заховать з собою? — грiх, душа жива!
А може, їй легше буде на тiм свiтi,
Як хто прочитає тi сльози-слова,
Що так вона щиро колись виливала,
Що так вона нишком над ними ридала.
Нi, не заховаю, бо душа жива.
Як небо блакитне — нема йому краю,
Так душi почину i краю немає.
А де вона буде? химернi слова!
Згадай же хто-небудь її на сiм свiтi, —
Безславному тяжко сей свiт покидать.
Згадайте, дiвчата, — вам треба згадать!
Вона вас любила, рожевiї квiти,
I про вашу долю любила спiвать.
Поки сонце встане, спочивайте, дiти,
А я помiркую, ватажка де взять.
«>

Завещание шевченко на русском языке 2020 год

200 лет назад родился Тарас Шевченко, которого многие литературоведы считают основателем литературного украинского языка. «Солнце украинской поэзии» в отличие от солнца поэзии русской был выходцем из самых «низов», сыном крепостного крестьянина.

Вообще-то из 47 лет жизни Тарас Шевченко провёл на Украине лишь 15. Во взрослой жизни поэт бывал в милой его сердцу Малороссии наездами, по приглашениям местных помещиков. Тарас Григорьевич говорил по-русски без акцента и, конечно, вряд ли бы разделил рвение современных ревнителей чистоты «мовы», стремящихся изжить «имперский язык» на Украине.
Если судить по объёму написанного Шевченко, то он, скорее, русский писатель, чем украинский. Багаж его поэтического украиноязычного наследия хоть и весом, но невелик. А вот в прозе, Тарас Григорьевич за недолгую жизнь «выдал на гора» около 20 повестей, написанных исключительно на великорусском языке. Если прибавить к этому эпистолярное наследие, то и вовсе три четверти творческого наследия украинского гения – чистой воды русская литература.
Кстати, без деятельного участия представителей русской культуры Тарасу Шевченко, в лучшем случае, была уготована участь «крепостного домашнего живописца».

Шевченко известен, прежде всего, как поэт. Однако природа щедро одарила его разными способностями. В 12 лет он, рано оставшись сиротой, попал в артель к «богомазам» (художникам-иконописцам), которые научили его элементарным приёмам живописи. Подросток оказался способным учеником, поэтому в 1831 году помещик Павел Энгельгардт отправляет своего крепостного Тараса Шевченко в Санкт-Петербург, где он надеялся «подтянуть» его до уровня профессионального живописца.
Именно в Санкт-Петербурге Шевченко попадает в среду культурной элиты того времени. Василий Жуковский, Карл Брюллов, Алексей Венецианов – эти люди не только оценили таланты молодого малоросса, но и сделали всё для того, чтобы выкупить его из крепостного рабства. В итоге за Шевченко помещику Энгельгардту было заплачено 2500 рублей – огромная по тем временам сумма, за которую можно было приобрести небольшое поместье.

Наибольшим вкладом в мировую культуру стали, конечно, стихи Тараса Шевченко. Истоки лучших его стихов в украинском фольклоре. Причём он так гармонично использует образы народного творчества, что порой трудно понять, где используются цитаты из фольклора, а где начинается чисто авторский текст.
Есть мнение, что русские критики не очень-то поощряли увлечение Шевченко «мужицким малороссийским диалектом». И вообще не приветствовали нарождение украинской литературы. Однако отзывы знаменитого критика Виссариона Белинского о первых сборниках поэта «Кобзарь» и «Ластовка» были весьма благожелательными. «Кобзарь» стал самой знаменитой книгой Шевченко. Только при его жизни он переиздавался 4 раза. А в советское время общий тираж «Кобзаря» перевалил за 8 миллионов. Стихи из этого сборника переведены более чем на 100 языков мира. В городе Черкассы в 1989 году открылся единственный в мире музей, посвящённый одной книге. И книгой этой стал «Кобзарь».

Что на самом деле вызывало раздражение Белинского, так это неумеренная и неоправданная дерзость Шевченко по отношению к сильным мира сего. В частности известно его гневное письмо по поводу поэмы «Сон». «…Этот хохлацкий радикал написал два пасквиля — один на г и , другой — на г ю и у. Читая пасквиль на себя, г хохотал, и, вероятно, дело тем и кончилось бы, и дурак не пострадал бы, за то только, что он глуп. Но когда г прочел пасквиль на и цу, то пришел в великий гнев, и вот его собственные слова: «Положим, он имел причины быть мною недовольным и ненавидеть меня, но ее-то за что?» …Шевченку послали на Кавказ солдатом. Мне не жаль его, будь я его судьею, я сделал бы не меньше. Я питаю личную вражду к такого рода либералам. Это враги всякого успеха. Своими дерзкими глупостями они раздражают правительство, делают его подозрительным, готовым видеть бунт там, где нет ничего…»
Конечно, в советское время практически любой пасквиль на царствующих некогда особ был хорош. Однако, строки посвящённые царице Александре Фёдоровне и в самом деле звучат просто оскорбительно:
…обок його
Цариця-небога,
Мов опеньок засушений,
Тонка, довгонога,
Та ще, на лихо, сердешне
Хита головою.
Так оце-то та богиня!
Лишенько з тобою.
А я, дурний, не бачивши
Тебе, цяце, й разу,
Та й повірив тупорилим
Твоїм віршемазам.
Ото дурний! а ще й битий,
На квиток повірив
Москалеві; от і читай,
І йми ти їм віри!

Тарас Шевченко при всём том не был русофобом. Скорей, его можно записать в разряд панславистов. Правда, он мечтал, что в будущем, Украина, как и другие славянские государства, должна получить некий автономный статус в «славянской федерации». И допускал, что именно Киев, а не Москва станет столицей этого многонационального государства. Подобные идеи он высказывал, будучи членом Кирило-Мефодиевского общества. В послесловии к поэме «Гайдамаки» он писал: «Нехай житом-пшеницею, як золотом покрита, не розмежованою останеться навіки од моря і до моря слов’янська земля».

Гнев Николая I на оскорбительные выпады Шевченко вылился в то, что его не только отправили в ссылку рядовым солдатом в «оренбургскую глушь», но и запретили ему писать и рисовать. Это, конечно, было жестокое наказание для талантливого поэта. Впрочем, в России того времени самые жестокие наказания зачастую искупались добросердечием их исполнителей. Офицеры, под началом которых служил рядовой Шевченко, сделали его жизнь вполне сносной. Он спал и питался отдельно от других солдат, нередко посещал «званые обеды» и прочие «аристократические посиделки». О том, как соблюдался им запрет на творчество можно судить по тому, что большинство своих повестей Тарас Григорьевич написал как раз во время ссылки.

В последние годы жизни украинский поэт много занимался лепкой и гравировкой. Именно благодаря достигнутым успехам по гравировке меди Шевченко стал не только первым украинским национальным поэтом, но и первым выдающимся поэтом Российской империи, удостоенным степени академика Академии художеств.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector