Название завещание екатерины 1 2020 год

ЕГЭ. История. КРАТКО. Екатерина I (1725-1727)

ЕГЭ. История. КРАТКО

Екатерина I (1725-1727)

Екатерина I

Внутренняя политика

1725-1727. Марта Скавронская (две дочери — Анна и Елизавета).

1725— открытие Академии наук

1726-Верховный тайный совет (А.Д.Меньшиков, Ф.М.Апраксин, Г.И.Головкин, П.А.Толстой, А.И.Остерман, Д.М. Голицын и Карл Фридрих-муж дочери Петра — Анны)- верховники- формально совещательный орган, но фактически решал все дела.

Ограничена роль Сената ( стал называться не Правительствующий, а Высокий)

1725-1730— первая Камчатская экспедиция Витуса Беринга.

1726— указ о запрете крестьянам свободно уходить на промыслы.

Утверждены штаты коллегий

Уменьшен подушный сбор

Дворяне имели право торговли во всех городах и пристанях ( до этого торговля была привилегией купечества).

Упразднены органы местной власти. Они заменились властью воевод.

Внешняя политика

1726- Россия вошла в Венский союз.

1726- Венский договор между Священной Римской и Российской империями.

Россия добилась уступок от Турции и перси на Кавказе, завладела Шивранской областью. На Кавказе действовал корпус князя В.В.Долгорукова.

ЛИЧНОСТИ

Ф.М.Апраксин— член Верховного тайного совета( второй после Меншикова). Президент Адмиралтейств-коллегии в 1717-1728. Участвовал в переговорах при заключении договора с Австрией.

Беринг Витус – руководил экспедицией на Камчатку, во время первой Камчатской экспедиции ( 1725-1727) пока не удалось открыть пролив между Европой и Азией.

Д.М.Голицын — один из лидеров Верховного тайного совета. Участвовал в переговорах с Австрией в 1727 году. Составитель кондиций для Анны Иоанновны.

Г.И.Головкин – член Верховного тайного совета, противник Меншикова. Доверенное лицо Екатерины 1. Она ему доверила завещание, по которому престол должен был перейти к дочерям .Но он уничтожил его и предложил на престол Анну Иоанновну, при которой был первым кабинет- министром.

В.В.Долгоруков— член Верховного тайного совета, русский военачальник.

А.Д.Меншиков— возглавлял Верховный тайный совет, при Екатерине 1 — фактический правитель страны. После её смерти обвинён в измене, хищении казны, лишён всех званий, имущества, сослан с семьёй в Берёзов, Тюменская область сегодня. Там и умер в 1729.

А.И.Остерман — член Верховного тайного совета, воспитатель и наставник Петра 2.

П.А.Толстой — член Верховного тайного совета, противодействовал стремлению Меншикова выдать дочь за Петра 2, за что арестован в 1727,сослан в Соловецкий монастырь, где и умер в 1729

Карл Фридрих Гольштейн – Готторбский— муж дочери Петра I Анны, отец Петра III, племянник шведского короля Кала XII. Член Верховного тайного совета.

ТЕРМИНЫ

Венский союз— Австрия, Пруссия, Испания. Союз между Австрией и Испанией был заключён в 1725 году против Англии и Франции. Затем подключилась Пруссия и 6 августа 1726 г.- Россия. Союз распался в 1731 году.

Венский договор 6 августа 1726 года — договор между Священной Римской и Российской империями .Он стал основой внешней политики России и Австрии. В поддержании мира в Европе. Россия заняла прочное место в европейской политике.

Верховный тайный совет – высшее государственное учреждение в России в 1726-1730г. Имея совещательный характер, фактически решал все дела. Он контролировал коллегии, роль Сената была ограничена. Распущен в 1730 году Анной Иоанновной.

Высокий Сенат— высший государственный орган, подчинённый императору и назначаемый им.Осуществлял надзорные функции за деятельностью государственных учреждений.

Примечание

  • Материал о личностях можно использовать при написании сочинения (задание № 25).
  • Данный материал очень удобно приклеить на карточки, систематически повторять

Материал подготовила: Мельникова Вера Александровна

Смерть и завещание Екатерины I

Екатерина I окончила жизнь свою в тот самый день, когда Меншиков выдал будто бы утвержденный государынею указ о казни Девиера с соумышленниками. Само собою разумеется, что умиравшая государыня не была ни душой, ни телом в том виновна. Болезнь мучила Екатерину с зимы; весною она усилилась; 16 апреля все думали, что императрица тогда же скончается; вельможи и гвардейские офицеры целую ночь пробыли в дворцовых покоях. Тогда по приказанию императрицы велено было раздать бедным 15 000 рублей, выпустить из тюрем заключенных и молиться в церквах о государыне. В то время, когда все ожидали, что Екатерина I испустит дыхание, с нею сделался сон, продолжавшийся пять часов, и после того ей стало как будто легче; появилась слабая надежда на выздоровление. Около больной императрицы неотступно находилась ее дочь Анна Петровна. В первых числах мая врачи заметили, что у императрицы образовался в легких нарыв. Этот нарыв прорвался, и 6 числа мая, в девятом часу пополудни, Екатерина скончалась тихо и спокойно. Судя по описываемым признакам хода ее болезни, она умерла от чахотки. Кончина постигла ее на сорок четвертом году возраста. (Weber. Das veranderte Russland, III, 81, 82).

Меншиков тотчас заявил завещание, будто бы составленное по воле покойной императрицы. Престол оставлялся великому князю Петру Алексеевичу. Мы не будем разбирать этого завещания, так как оно принадлежит, собственно, уже следующему царствованию. Мы думаем, что Екатерина участвовала в составлении его столько же, сколько и в утверждении приговора над Девиером и его товарищами.

Оценка личности Екатерины I

Эпоха Петра Великого поистине может назваться эпохою чудес. Мы не говорим уже о таких явлениях, как возникновение сильного военного флота в государстве, не имевшем до того времени ни одного морского судна, – сформирование многочисленного и хорошо вооруженного войска, одерживавшего блестящие победы над первым полководцем своего века, – устроение фабрик и заводов в стране, где до того времени были только первичные начала кустарной промышленности для удовлетворения незатейливых потребностей простонародного быта, – образование ученых, художников, государственных людей и дипломатов из того народа, у которого в слабой степени существовала грамотность, – все это явления, чересчур известные и давно на всякие лады оцененные: новые толки о них могут показаться бесплодною риторикою. Но мы укажем на тот круг лиц, который ближе соприкасался с особою великого Преобразователя: и здесь нам представятся личности, в судьбе которых было что-то необыкновенное, дивное, таинственное. Нас невольно поражает судьба бедного мальчика простолюдина, продававшего на московских улицах пироги; он впоследствии стал обладателем многих земель и рабов, владельцем тринадцати миллионов капитала, дошел до значения самого всемогущего человека в государстве, недоставало ему только скипетра и короны: и этот человек, лишенный всего, умирает нищим изгнанником в сибирских тундрах. А вот другой мальчик, нищий, сирота, бродит по улицам другого города, Киева: впоследствии – это могучий иерарх, славный и своим умом, и своими кознями Феофан Прокопович. А вот бедный тульский оружейник, случайно поправивший Петру пистолет: впоследствии он родоначальник богатейшего в России дома. А сколько других, вознесенных Петром, сделанных сильными вельможами, а потом, после Петра, вслед за Меншиковым, проводивших остаток грустной жизни в Сибири! Но никто не был к Петру так близок, как Екатерина. Как чудна, как необычна судьба этой женщины. Простолюдинка, бедная сиротка, получившая из христианского человеколюбия приют и кусок хлеба у добрых людей, Екатерина вырастает, находит себе жениха, выходит замуж, готовится жить трудом сообразно тому кругу, в котором родилась. Вдруг судьба рассыпает по ветру ее желания, разрушает только что состоявшийся союз семейной любви, судьба влечет Екатерину жалкою пленницею в чужую землю, к чужим людям. Для чего? Для того ли, чтобы оставить солдатскою прачкою или рабою в каком-нибудь барском доме? Нет. Для того, чтобы сделать женою одного из величайших государей земных и после его кончины поставить самодержавною обладательницею обширной монархии. Не похоже ли это на сказку? В самом деле, если бы кто, в виде сказки, рассказал подобную судьбу женщины, то рассказчику поставили бы в вину крайнюю невероятность вымысла. И однако это не сказка, а историческая быль. Судьба как будто указала Екатерине призвание – жить для Петра, быть необходимою для великого человека и тем сослужить великую службу России и всему человечеству. Выше мы сказали, что не знаем степени участия Екатерины в воинских и гражданских предприятиях, о чем заявлял Петр, но уверены, что она была действительно его помощница настолько, насколько для этого великого человека было необходимо смягчательное, успокояющее влияние женской души. Эту женскую душу Петр нашел в Екатерине. Нашел ли бы он ее, если бы судьба не свела его с ливонскою пленницею, – мы не беремся об этом гадать; но верно то, что Петр не нашел этой женской души ни в Евдокии Лопухиной, ни в Анне Монс, ни во многих других особах женского пола, с которыми он сходился случайно и ненадолго. Одна Екатерина привязала его к себе. Одна Екатерина сумела быть достойною подругою этого великого гения, который вполне понимал и ценил нравственное женское достоинство, хотя временно и ниспускался в грязь цинизма и разврата: эта грязь не могла, прильнув к его могучей натуре, испортить его. Только такая подруга, как Екатерина, нужна была Петру; сам великий человек сознавал это и оттого так высоко возносил свою «Катеринушку». Она сделала все свое дело, исполнила тайное призвание своей земной жизни; она прожила с Петром двадцать лет, с терпением перенесла крест его строптивого и дикого нрава, крест подчас очень тяжелый, незлобиво и любовно служила ему ангелом-утешителем во всех жизненных путях, неусыпно просидела у изголовья его смертного одра многие дни и ночи и закрыла глаза своему великому другу. Здесь и окончилось земное призвание Екатерины. Осталась она без Петра в этом мире; люди вознесли ее тогда на такую высоту, на какой она не могла уже и держаться; и в этом внешнем величии Екатерина стала совершенно лишнею в мире; можно признать к ней за особенную милость Провидения, что она пережила своего супруга только двумя годами и тремя месяцами. Кто знает, что ожидало бы ее в этом омуте козней сталкивавшихся между собою временщиков, коварных себялюбцев, алчных корыстолюбцев, старавшихся один другого утопить, чтоб самому стать повыше. Во всяком случае, Екатерине предстояла роль не блестящая, скорее жалкая, а может быть, и плачевная. Судьба избавила ее от этого искушения; Екатерина скончалась кстати, оставив по себе в истории светлое воспоминание – как многолетняя спутница великого русского государя, нежно им любимая, и как добрая женщина, всегда, насколько было возможно, готовая облегчить чужие бедствия и никому не делавшая зла.

Читать еще:  Совместное завещание супругов гк 2020 год

Завещание Екатерины I

Екатерина I явно давала понять, что в числе своих приемников хочет видеть своих детей, а своего зятя она считала ближе, чем великий князь. Австрийский двор по-прежнему считал законным наследником Петра, что не могло раздражать Екатерину и вызывало с ее стороны резкие заявления. Датский посол Вестфален всерьез беспокоился за безопасность царевича и даже сообщал о намерении объявить наследником Карла-Фридриха. Брикнер А.Г. Россия и Дания при императрицы Екатерины I // РМ. 1895. № 3. С. 42, 45, № 7. С. 112, 113.

По мнению значительной части дворян именно Петр был законным наследником. Сыграл и определенную роль русско-австрийский союз. С конца 1725 года великий князь — племянник австрийского императора — начинает участвовать в придворных праздниках, появляются проекты примирения интересов двух ветвей царского дома. Назначенный воспитатель царевича Остерман предложил женить Петра на Елизавете, но брак 11-летнего племянника и 17-летней тетки был недопустим.

Но тянуть с решением было не возможно, особенно к этому подталкивала болезнь императрицы. В начале 1727 г. Этот вопрос стал актуальным и для большой политики.

В Петербурге в конце 1726 г. Уже был подготовлен вариант завещания Екатерины I: наследником становился Петр, которому предстояло вступить в брак с невестой — брата Голштинского герцога. С представительницей этого же рода должен был обвенчаться и сын Меншикова. Сам герцог дожжен был получить в обмен на Шлезвиг княжества Ольденбург и Дельменгорст и управление Лифляндией и Эстляндией вместе с соответствующими доходами. Очевидно, что это вариант был подготовлен голштинскими министрами, стремившимися удовлетворить герцога и одновременно нейтрализовать Меншикова.

Но Меншиков, скорее всего, уже с конца 1726 года задумал брак своей дочери на царевиче, в результате чего он смог бы породниться с царствующей династией и стать регентом при несовершеннолетнем государе. Этому замыслу способствовали услуги датских и австрийских дипломатов, которые считали кандидатуру Петра более подходящей.

Однако добиться желаемого Меншикову удалось не сразу. В феврале Екатерина еще не допускала такой возможности и заявляла, что престол принадлежит ее дочерям, но затем ситуация изменилась. Но обе цесаревны и герцог упрашивали Екатерину не делать этого, к ним присоединился Толстой и Меншиков, и светлейшему князю удалось переубедить Екатерину.

«Повседневные записки» Меншикова гласят, что Петр с января 1727 года стал периодически посещать его дворец. 14 февраля к Меншикову приехал лейб-медик Блюментрост и фаворит императрицы П. Сапега. После этого визита у Меншикова начались переговоры с Остерманом, камергером К. Левенвольде, герцогом Голштинским и его братом. Сам Меншиков трижды встречался с Рабутином, австрийским послом, и сам наносил визит к герцогу. Возможно, что в течение всего месяца непрерывных переговоров князя и лиц из ближайшего окружения Екатерины и были выработаны условия, на которых маленький Петр получал престол, Меншиков сохранял власть.

Неизвестно, была ли сама Екатерина в курсе этих переговоров, но вскоре помолвка Петра Сапеги и дочери Меншикова Марии была расторгнута. Первого апреля Меншиков сообщил, что положения Петра как наследника не вызывает сомнений. 5 апреля дипломаты ожидали официального извещения о браке, но оно так и не последовало. Меншиков встретил сопротивление своих вчерашних соратников: Толстого, Бутурлина и Девиера.

Читать еще:  Завещание оспаривается или нет после смерти 2020 год

Противники Меншикова надеялись, что императрица согласиться сделать преемницей либо Елизавету, либо Анну. Начинают зарождаться группировки, ходят слухи, что царевича хотят в тайне увести за границу. Но до заговора дело не дошло, его главные участники не были связаны с гвардией. Герцог оказался ненадежным союзником, выторговав у Меншикова право на управление и доходы с завоеванных прибалтийских территорий и удовлетворившись крупной денежной суммой, которой была обещана его жене, он успокоился. Не дал заговору созреть и сам Меншиков. Князь активно действовал. С 10 апреля он переехал из своего дворца в Зимний дворец, чтобы держать ситуацию под контролем, т.к. у Екатерины началась горячка.

15 апреля, по сведениям французского резидента Маньяна, состоялось совещание Верховного Тайного совета. В этом совещании участвовали также синодские архиереи, сенаторы, гвардейские полковники и президенты коллегий. На этом заседании был найден компромисс: императором становился внук Петра Великого, но до 17 или 17 лет он должен находиться под опекой Верховного Тайного совета, куда с правом двух голосов входила Елизавета, обе принцессы получали по миллиону рублей при выходе замуж.

Но сведения иностранцев об условиях переговоров довольно противоречивы, причем больше нигде нет сообщений о подобном совещание. Зато «Повседневные записки» Меншикова фиксируют, что 16 апреля он дважды посетил больную императрицу и от ее имени объявил амнистию арестантам Военной и прочих коллегий. На следующий день князь принял Г. И. Головкина и Д.М. Голицына, затем дважды за день посетил дом Остермана и больную Екатерину. 18 апреля у Меншикова состоялась встреча с Бассевичем и Голицыным. В эти же дни произошло заедания Верховного Тайного совета, но проблемы престола наследия там не обсуждались.

Если верить журналу Меншикова, то судьба престола решалась серий частных соглашений заинтересованных лиц и групп.

В этих условиях Толстой и его соратники оказались в изоляции; 24 апреля Меншиков добился от умиравшей и императрицы указ об аресте своего шурина Девиера, осуществленным в тот же день. 26 апреля Меншиков перевез наследника и его сестру к себе во дворец и не отпускал из несколько суток, развлекая различными гуляниями.

Следствие над Девиером произошло очень быстро. Под пытками он признался, что хотел осуществить заговор в пользу дочерей Екатерины и выдал своих сообщников, среди которых фигурировал и Толстой. 5 мая (в предпоследний день жизни Екатерины) Меншиков четыре раза посещал умиравшую и добился от нее часов именного указа следственной комиссии представить назавтра утром краткий доклад по делу. Доклад и приговор был готовы лишь к вечеру 6 мая, в последние часы жизни императрицы. В эти часы Меншиков просто не отходил от императрицы. В спешке готовилось ее завещание.

Меншикову удалось получить нужные ему документы с подписью императрицы. Читала ли Екатерина эти документы за несколько часов до смерти, сложно сказать. Умиравшая был изолирована от всяких нежелательных влияний. 6 мая в 9 часов пополудни императрица Екатерина I скончалась, но приговор вступил в законную силу: Толстой был отправлен в заключение на Соловки, Девиер и Скорняков-Писарев в Сибирь, Бутурлин в деревню. Замешанные в дело А. И. Ушаков и Иван Долгоруков были переведены из столицы в полевые полки. Манифест о раскрытии якобы существующего заговора был издан 27 мая, и уже от имени Петра II преступники обвинялись в злодейском умысле против его воцарения и обручения с принцессой Меншиковой.

Утром 7 мая Меншиков в присутствии высших чинов Меншиков объявил завещание императрицы, согласно которому престол переходил к Петру II. Но совершеннолетия императора назначались официальные опекуны в лице Анны, Елизаветы, герцога Голштинского и членов Верховного Тайного совета.

Завещание вводило не только регентский совет, но и отменял указ Петра Великого о престолонаследии: в случае смерти Петра II престо переходил к его сестре, Анне и Елизавете и их детьми.

Указ о престолонаследии уже многие просто считали подлогом, т. к. основные положения этого акта вскоре стали нарушаться тем же Меншиковым, а затем сменившими его Долгоруковыми. И уж совсем никого не интересовала действительная воля несчастной Екатерины. Созданная Петром Великим империя оказалась непосильной ношей для его жены.

Две ветви династии Романовых или причудливые судьбы русского престола после Петра I

Престолонаследие в династии Романовых в XVIII в. Гольштейн-Готторпская и Брауншвейгская линии

Генеалогия — весьма забавная вещь, особенно, когда начинаешь разбираться в вопросах престолонаследия в рамках той или другой правящей династии. Однако ни одна европейская правящая династия не сравнится с той головоломкой, которую представляет собой династия Романовых после смерти Петра I. Действительно, в эпоху дворцовых переворотов на русский престол часто вступали монархи, которые к правящей династии имели лишь косвенное отношение, а порой и вообще его не имели (как, например, Екатерина I и Екатерина II, о которых речь шла в предыдущем посте). Кроме того, династия Романовых послепетровского времени — это не одна, а две ветви, которые боролись за престол в течение всего XVIII в. при поддержке гвардии и дворянства. В конце концов, у власти утвердилась Гольштейн-Готторпская династия потомков Петра III, которая по сути дела лишь носила фамилию Романовых.

Попробуем разобраться в престолонаследии в династии Романовых послепетровского времени, а также в вопросе, кем приходились друг другу преемники Петра I вплоть до Павла I.

Прежде всего, нужно отметить, что к прямой мужской линии Романовых относятся: царь Михаил Федорович (дед Петра I), царь Алексей Михайлович (отец Петра I), цари Федор и Иван V Алексеевичи (сводные братья Петра I), сам Петр I и его внук Петр II (сын опального царевича Алексея Петровича), а к прямой женской линии — императрицы Анна Иоанновна (племянница Петра I) и Елизавета Петровна (дочь Петра I).

А вот дальше начинается путаница. У брата и соправителя Петра I Ивана V Алексеевича (на картинке сверху) было три дочери от брака с Прасковьей Федоровной Салтыковой: Анна, Екатерина и Прасковья. Нас интересует судьба Анны и Екатерины. По воле своего дяди Петра I Анна вышла замуж за герцога Курляндского Фридриха Вильгельма, Екатерина — за герцога Мекленбургского Карла Леопольда. Анна рано овдовела (Фридрих Вильгельм не смог пережить возлияний спиртного, устроенных на свадьбе) и жила в Курляндии до 1730 г. на скудном содержании русского двора, обзаведясь впоследствии известным фаворитом Э.И. Бироном. Екатерина в браке родила дочь принцессу Екатерину-Елизавету-Христину, с которой в 1722 г. вернулась в Россию из-за деспотичных замашек своего супруга. Так образовалась линия потомков Ивана V в династии Романовых (позднее известная как Брауншвейгское семейство).

Своя линия образовалась и у Петра I. Он был женат два раза: на Евдокии Лопухиной и будущей императрице Екатерине I (Марте Скавронской). От первого брака у него был сын Алексей Петрович, который умер в заточении после приговора по своему следственному делу, от второго выжили только дочери Анна и Елизавета. После Алексея Петровича, который был первым представителем династии Романовых, женившимся на немецкой принцессе (Шарлотте Вюльфенбютельской) остались сын Петр и дочь Наталья. Елизавета официально так и не осталась незамужней, а вот Анна вышла замуж за герцога Карла Фридриха Гольштейн-Готторпского, внучатого племянника короля Швеции Карла XII, побежденного русскими войсками в Полтавском сражении. При этом Анна торжественно отказалась за себя и своих потомков от прав на российскую императорскую корону.

Читать еще:  Отмена завещания стоимость 2020 год

Окончательно ситуацию с престолонаследием запутал манифест о престолонаследии 1722 г., в котором Петр отменил прямой и ввел произвольный порядок престолонаследия (по воле правящего монарха). Воспользоваться сам этим правом первый российский император так и не смог. Петровский закон о престолонаследии действовал до 1797 г. и был подтвержден Анной Иоанновной и Елизаветой Петровной.

После смерти Петра престол стал переходить по такой ломаной линии, что можно запросто запутаться. Сначала правящей императрицей стала Екатерина I (1725-1727) (вдова Петра I), затем ее сменил внук Петра I Петр II (1727-1730), после смерти которого династия Романовых пресеклась по мужской линии. После Екатерины I осталось завещание, согласно которому после Петра II (в случае отсутствия наследников) престол должен был перейти к Анне Петровне и ее потомкам, потом к Елизавете и ее потомкам и, наконец, к сестре Петра II Наталье. Условием перехода престола к дочерям Екатерины I и их потомкам было сохранение православной веры и обязательство не отказываться от своих прав на российскую императорскую корону. На момент смерти Петра II из всех перечисленных в завещании наследников остались в живых только Елизавета и ее племянник будущий Петр III (лютеранин по вероисповеданию). Однако лишь Елизавета отвечала всем условиям завещания своей матери, поскольку сохранила православную веру и не отрекалась от своих прав на престол, в отличие от своей сестры Анны. Линия Ивана V от наследования престола была отстранена.

Все изменилось после вступления на престол в 1730 г. племянницы Петра I Анны Иоанновны (1730-1740). Она захотела закрепить престолонаследие за потомками своего отца Ивана V и повелела сжечь завещание Екатерины I, но при этом де-юре оно не было отменено. Наследником престола был объявлен еще не родившийся сын племянницы Анны Иоанновны (дочери ее сестры Екатерины), которая перешла в православие под именем Анны Леопольдовны. В 1739 г. Анна Леопольдовна вышла замуж за герцога Антона Ульриха Брауншвейгского, а в 1740 г., незадолго до смерти императрицы, у них родился сын Иван Антонович, который и вступил на престол по завещанию своей двоюродной бабки сначала при регентстве Бирона, а затем матери Анны Леопольдовны. Таким образом, на русском престоле оказался правнук Ивана V по матери, а по отцу — член Брауншвейгского правящего дома. В 1741 г. произошел новый дворцовый переворот, и престол заняла дочь Петра I и Екатерины I Елизавета.

Императрица Елизавета Петровна (1741-1761) после вступления на престол вызвала из Гольштейн-Готторпского герцогства своего племянника Карла Петра Ульриха, который перешел в православие под именем Петра Федоровича и стал наследником русского престола. Елизавета де-факто восстановила действие завещания Екатерины I, согласно которому она должна была наследовать престол после смерти Петра II, и объявила Ивана VI Антоновича «ненадежным наследником», т.е. лицом, не имевшим законных прав на престол.

Брауншвейгское семейство, в конце концов, оказалось в ссылке в Холмогорах, где Анна Леопольдовна родила еще нескольких детей (Алексея (1746-1787), Петра (1746-1798), Елизавету (1745-1798)) и умерла в 1746 г. Ее супруг Антон Ульрих умер в 1775 г., не захотев оставлять детей, хотя Екатерина II предлагала ему вернуться в Германию. Остальные члены Брауншвейгского семейства в 1780 г., по договоренности русского правительства с вдовствующей королевой Дании (сестрой Антона Ульриха), переехали в Данию, где находились в полуизоляции до смерти своей последней представительницы принцессы Екатерины (второго ребенка Анны Леопольдовны и Антона Ульриха, который родился уже в последние месяцы их правления). Иван VI (1740-1764), после многолетнего заключения в Шлиссельбургской крепости, был убит охраной в 1764 г. в ходе неудачной попытки его освобождения.

Будущий император Петр III женился на принцессе Ангальт-Цербстской Софии-Фредерике-Августе (будущей императрице Екатерине II). В 1754 г. у них родился сын Павел. После смерти Елизаветы Петровны в 1761 г. династия Романовых пресеклась по женской линии. Петр III основал Гольштейн-Готторпскую династию, сохранившую фамилию Романовых, но по сути немецкого происхождения. Между собой Петр III и Екатерина II находились в троюродном родстве, поскольку мать Екатерины урожденная принцесса Иоганна Елизавета Гольштейн-Готторпская приходилась двоюродной теткой ее супругу.

34-летнее правление Екатерины II (1762-1796) завершило произвольный порядок престолонаследия в династии Романовых (точнее в ее правящей на тот момент ветви). После вступления на престол ее сына Павла I (1796-1801) в 1797 г. петровский закон о престолонаследии был отменен и восстановлен прямой порядок от отца к старшему сыну, а в случае отсутствия мужских наследников к его следующему по старшинству брату. В 1799 г. было издано «Учреждение об Императорской Фамилии», которое регламентировало права и обязанности каждого члена императорской семьи и присваивало каждому из них соответствующие титулы (наследник престола назывался цесаревичем, его братья и сестры — великими князьями и княжнами, внуки и правнуки императора носили титул князей императорской крови). Главой российского императорского дома Романовых провозглашался правящий император независимо от его возраста.

К этому времени Гольштейн-Готторпская ветвь династии Романовых породнилась с многими правящими династиями (прежде всего, немецкими). Например, второй женой Павла I стала принцесса София Доротея Вюртембергская (императрица Мария Федоровна), его сын Константин женился на принцессе Юлиане Саксен-Кобург-Готской (в православии Анне Федоровне), а старший сын Александр — на Луизе Баденской (будущей императрице Елизавете Алексеевне). Всего у Павла и Марии Федоровны дожило до совершеннолетия 8 детей, что обеспечило продолжение династии вплоть до 1917 г.

Таким образом, от смерти Петра I до воцарения его правнука Павла I судьба русского престола складывалась самым причудливым образом. Две линии правящей династии (потомков Петра I и его брата Ивана V) боролись за власть с помощью гвардии и придворных группировок. Пришедшая в итоге к власти Гольштейн-Готторпская династия, основанная внуком Петра I по женской линии Петром III, была немецкой по происхождению, но сохранила фамилию Романовых.

Если кому-то показался интересным этот пост, могу его продолжить рассказом о престолонаследии в Гольштейн-Готторпской линии династии Романовых от Александра I до Николая II, где тоже есть немало любопытных и интересных фактов.

О перипетиях придворной борьбы и вопросе престолонаследия от Екатерины I до Елизаветы Петровны хорошо рассказано в книге историка К.А. Писаренко «Елизавета Петровна», опубликованной в Малой серии «Жизни замечательных людей» (ЖЗЛ) в 2014 г. (главы вторая — пятая).

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector